(Из написанного и потерянного году в двадцать второ)

Из написанного и потерянного году в двадцать втором

Безмолвные сраженья вечеров у городских окраин, извечно древние следы разгрома на горизонте, руины зорь, дошедшие до нас из глубины пустынного пространства, как будто бы из глубины времен, сад, черный в дождь, и фолиант со сфинксом, который не решаешься раскрыть и видишь в еженощных сновиденьях, распад и отзвук — наш земной удел, свет месяца и мрамор постамента, деревья — высота и неизменность, невозмутимые как божества, подруга-ночь и долгожданный вечер, Уитмен — звук, в котором целый мир, неустрашимый королевский меч в глубинах молчаливого потока, роды арабов, саксов и испанцев, случайно завершившиеся мной, — все это я или, быть может, это лишь тайный ключ, неугасимый шифр того, что не дано узнать вовеки?